Елизавета Долбникова: «Я — хулиганка!»

Я НЕ ХОТЕЛА БЫТЬ АКТРИСОЙ

Я занималась танцами с самого детства, поэтому никогда и не думала об актёрском. Хотела быть космонавтом, обожала ощущение полёта и мечтала побывать в невесомости. Позже хотела работать в магазине тканей — моя мама дизайнер, и я часто ходила с ней по таким местам. Меня завораживало, как достают огромные рулоны, разворачивают их и чертят мелом. А ещё мечтала быть кассиром — обожала этот звук «пик» и момент, когда отрываешь чек! Сейчас появились кассы самообслуживания, и, в принципе, детская мечта осуществилась.

Я танцевала и думала, что это останется главным в моей жизни. Но на самом деле, я много чем увлекалась! Даже выступала в цирке на Цветном бульваре — ходила в цирковую студию. У меня был номер с палочками, которые нужно было крутить и перекидывать. Конечно, я была ещё маленькой и не всё успела попробовать, но больше всего мечтала выступать на кольце, которое поднимали под самый купол. Помимо этого, я увлекалась рисованием, плаванием, музыкой и конным спортом (кстати, для кино верхом умею ездить).

Мама всегда придерживалась мнения, что я должна попробовать себя в разных сферах, чтобы понять, что мне действительно по душе. В седьмом классе она предложила мне записаться в театральную студию. Помню, как она рассказывала, что, когда я была ещё маленькой, я, пока плакала, часто смотрела на себя в зеркало и оценивала, как это выглядит. Сначала я была против, боялась, что это помешает танцам, но мама настояла. И вот, когда я увлеклась театром, в девятом классе мы с родителями начали серьёзно говорить о будущей профессии. Тогда я выбирала между танцами и актёрством. И понимала, что актёрство предоставляет больше возможностей, включает в себя и танцы. Решающим стало то, что в студии многих отговаривали от актёрской карьеры, а меня, наоборот, поддержали! Основательница студии — Ирина Феофанова — сказала моей маме, что мне это нужно, у меня получится. Эта вера в меня была очень важна.

— Расскажи про период, когда ты начала посещать свои первые съёмки во время учёбы в школе.

Это были сериалы «След», «Гадалка» и тому подобное — проекты, которые сейчас не кажутся особо солидными. Хотя я очень рада, что прошла через это, потому что именно там поняла, что такое камера. Тогда же я и почувствовала, что мне нравится атмосфера съёмочной площадки. И, конечно, было приятно приходить в школу с освобождением на съёмки, чувствовать себя крутой в глазах одноклассников. Это, безусловно, подкупало и учителей — они видели мою целеустремлённость. Мама всегда говорила: «Сначала ты работаешь на репутацию, а потом она на тебя». И вот я старалась быть трудоголиком и отличницей, и в итоге мне многое прощалось из-за этих съёмок. Наверное, именно благодаря этому я и стала медалисткой.

— А куда ты планировала идти после школы?

Больше всего я мечтала поступить в ГИТИС, хотя и МХАТ тоже был в списке желаний. Помню, когда впервые вошла в здание на Арбате, сразу поняла — вот он, настоящий театральный институт! С его творческим беспорядком и узкими коридорами. В десятом классе я даже решила попробовать свои силы, чтобы понять, как всё устроено и лучше подготовиться. Но только в 2020 году мне удалось пройти отборочные туры. Видимо, ГИТИС не спешил меня принимать. Сейчас же мне очень приятно слышать, когда люди думают, что я — выпускница ГИТИСа. Это складывается из-за особых черт моего характера.

Я В «ЩЕПКЕ»

«Когда речь заходит об этом месте, сразу вспоминается внутренний дворик. Он особенно прекрасен в хорошую погоду: там можно посидеть, пообщаться. И, конечно, статуя Щепкина! Многие подходят к ней, здороваются за руку, фотографируются».

— После школы ты поступила не в Щепку. Как получилось так, что ты всё-таки попала на курс?

После школы я поступала везде! На платное отделение я не могла пойти, поэтому поступила в Институт современного искусства (ИСИ), в мастерскую к Певцову и Дроздовой. Когда я пришла на вступительные в Щепку, меня спросили, что делала после школы. Приходилось скрывать, что я уже два года в другом вузе, потому что многие не хотели принимать таких. И на турах был коллоквиум с интеллектуальными вопросами. И кто-то, я помню, сидел с тетрадочкой, с конспектами. Если же первые годы после школы я поступала с опаской, то потом я приходила с мыслями: «Да, я вот такая! Нравлюсь, сходимся в видениях — отлично, работаем; нет — ну и мне тогда не надо». И вот я захожу туда, главная в комиссии женщина спросила меня: «Вы развивались, куда-то ходили, что-то смотрели?» Я отвечаю: «Конечно, в театр!» И первый же спектакль называю «Одна абсолютно счастливая деревня» Петра Фоменко.

«Какая деревня?», — спросила женщина из комиссии.

«Одна абсолютно счастливая деревня», — ответила я.

«Какая-какая деревня?», — вновь спросила она.

Рядом сидел другой педагог и говорил ей: «Это же ваш любимый спектакль, что вы её переспрашиваете, вы же прекрасно слышите. Попадание!». В итоге я им перечислила спектакли, которые нравятся. Собственно, на этом мне сказали: «Да, всё, хорошо, давай». Короче, попала я в Щепку!

Сейчас я понимаю, что благодарна этому месту за знакомство с талантливыми людьми! В театральной среде, как известно, обращают внимание на выпускников известных институтов. Если бы я не поступила в это место, у меня было бы меньше шансов попасть в театр, ведь сейчас такая заполненность, что на выпускников других вузов — не пятёрки — просто не смотрят. В кино это не так критично, там больше важен типаж. В театре же важна школа, иначе у тебя может просто не быть возможности показаться, что ты талантлив. Наверное, самое главное, что я получила в училище — это проработка зажимов и комплексов, что позволило мне стать более уверенной и открытой.

«Я ВИДЕЛ ЗВЕРЯ»

Огромную роль в моей жизни сыграли друзья. Нас восемь человек в компании, и мне невероятно повезло, что все такие неугомонные и целеустремленные. Именно в этой среде мы, ещё будучи второкурсниками, начали активно рассылать заявки агентам и самостоятельно искать возможности для работы.

Однажды наш друг, увидев спектакль, поставленный в ГИТИСе студентами разных мастерских, загорелся идеей: «Почему бы и нам не сделать что-то подобное? У нас только актерский факультет, но можно пригласить молодого режиссёра и создать свою историю!». Тогда мы решили ставить постановку прямо во дворике института. Сначала пригласили одного молодого режиссёра, и даже начали работать, но вскоре у него появились другие проекты, и он нас оставил. Тогда мы написали Александру Молочникову в соцсетях, хотя и не надеялись особо на ответ. Но он ответил! В тот же вечер мы созвонились, и, к нашей удаче, у него как раз был перерыв между работами. Мы решили ставить «Повелителя мух». И тут всё закрутилось… Параллельно с этим шла подготовка к выпускному спектаклю в Малом театре: утром работали в институте, потом бежали в театр, а ночью созванивались с Молочниковым, репетировали и работали над материалом.

В итоге, родился наш собственный спектакль, уже вне стен Щепки, под названием «Я видел зверя» по мотивам «Повелителя мух». И хотя в программке указано, что режиссёр — «режиссёр», Саша был идейным вдохновителем, задавал направление, а остальное мы сотворили сами. Конечно, очень помог нам актёр Александр Голубков, когда-то плотно работавший с Молочниковым, а теперь с полной отдачей готовый помогать какой-то группе студентов, просто в нас проверив, за что ему благодарность! Лишь после премьеры мы осознали, что нет ничего невозможного: за десять дней мы написали сценарий, провели репетиции, нашли площадку, арендовали оборудование, профессионально сняли спектакль и отправили запись Сашам. Мы смогли их впечатлить, так что работа продолжилась.

Создав три части спектакля, мы поняли, что необходимо найти площадку, подходящую для зрителей. Идеальным местом оказался завод, где мы и играли на фоне заброшенного здания. Мы гордились своей независимостью и тем, что на наши спектакли приходили известные режиссёры и актёры, например, Алексей Серебряков с дочерью Дарьей.

ЛЕНКОМ И МАЛЫЙ

После выпуска мы показывались в театры Москвы и Питера. Так получилось, что у меня выбор встал между «Ленкомом Марка Захарова» и «Малым театром». С третьего курса я попала в Ленком, а в Малом мы, в принципе, проходили практику со второго курса, так как Щепка при театре. После определённых решений я всё-таки решила пойти в Малый, однако на контракте осталась в Ленкоме.

Когда я пришла в Малый, я, конечно, ждала распределения на роли (на то были свои основания), но спустя небольшое время меня и двух студенток вводят в новый ставящийся уже спектакль в ансамбль, в массовки, танцевать… Если честно, я очень расстроилась и обиделась, но что ж поделать, пошла на репетицию, хотя и с очень недовольным лицом и так себе настроем Единственное, что порадовало тогда — хореограф знакомый. Подумала: «Ладно, хоть пообщаюсь с хорошим человеком». Репетиции шли своим чередом, учила танцы, но делала всё это со смехом, просто прикалываясь. И вот, когда мы выучили номер, музыка продолжала играть, а я также дурачилась. Мы по очереди подходили к герою, и тут я решила обогнать последнюю девушку и встать на её место (обстоятельства номера это позволяли: конкуренция провинциальных актрис). Все, конечно, посмеялись. А хореограф Андрей сказал тогда: «Слушай, а здорово получилось! Оставляем!». И это закрепилось! Потом в другом номере была небольшая импровизация: девушка раздавала листочки с ролями. Я подумала: «Мы же играем массовку, наверняка, она такие же роли и раздаёт». И отыграла это: «Нет, не надо мне этот листочек!». И снова Андрей решил оставить это.

Я осознала, что эта «хулиганская» манера работает, она придала мне уверенности, и на сцене начало рождаться что-то новое. Если раньше я была перфекционисткой и отличницей, боялась ошибиться или вызвать смех в зале, то теперь просто начала фантазировать и развлекаться вместе с партнёрами. После премьеры многие подходили и хвалили, говорили, что я стала заметна на сцене, выделяюсь из общей массы. Даже опытные артисты это отмечали. Так я позволила себе выйти за рамки.

— Есть ли для тебя между Ленкомом и Малым различия?

Да! Сначала я была уверена, что пойду в Ленком. Каждая репетиция была для меня настоящим праздником. Потом я подумала, что, может быть, это ощущение возникает из-за того, что я прихожу туда нечасто. Я боялась, что если буду там появляться больше, эта эйфория пройдёт. Тем не менее, всегда казалось, что в Ленкоме более молодая и энергичная атмосфера. Мне при этом было сложнее проявить себя там. Я всегда опасалась зайти «на их территорию», поэтому просто аккуратно работала оставаясь «на своей территории». В Малом театре я ощущаю совсем другое настроение. Я прихожу туда, делаю свою работу и не боюсь брать то, что мне положено! Это помогает мне чувствовать себя более независимой. Я со всеми хорошо общаюсь, но всё же держусь обособленно, потому что такова специфика работы.

ЗАЩИТА ЛУЖИНА

Мне дали главную роль в новом спектакле «Защита Лужина» с приглашённым режиссёром. И самое интересное там — формат работы. Мы работали в «репзале» и накидывали этюды. Я поняла, что научилась не бояться ошибиться, и здесь мне было гораздо проще и быстрее отключить голову, переключиться и накидывать материал. И тут началась новая ступень, не просто хулиганства, а каких-то предложений. Мне кажется, что благодаря этапу в массовке, я смогла раскрепоститься к новому проекту. Скорее всего, своей неугомонностью я, возможно, и заинтересовала режиссёра. Думаю, это просто очень крутой творческий коннект с режиссёром Владимиром Смирновым (Данай).

За год работы в театре я многое осознала в себе, особенно в последние полгода. Я поймала себя на мысли, что не было ни одной репетиции, на которую мне не хотелось бы идти. Ведь бывает так, что лень напрягаться, хотя понятно, что ты начинаешь, и тебя это дело заводит. Но вот первый импульс начать — сложно! Тут же я чувствовала что даже трудности — в кайф! Был определённый затратный, но очень важный этап — превращение романа в сценарный материал, в пьесу, и очень здорово, что Володя (режиссёр) делал это совместно с нами, через пробы, фантазии и любые авантюрные предложения. Я понимала, что режиссёру интересно моё мнение, моя точка зрения… меня вот это «зажигало» на поиски чего-то нового. В процессе этого сотворчества было очень круто, поэтому последние полгода я постоянно существовала в режиме этого спектакля.

Я рада, что не думала об одной мысли, которую мне сказали после выпуска спектакля! Мой педагог, с которым я готовилась к поступлению, приходил на показ и сказал: «Хорошо, что всё получилось! Это твоя первая роль, и по ней судят. Если бы она не получилась, то, скорее всего, ты осталась в массовке». Слава богу, мне в голову этого не приходило и я не стремилась всех поразить, а просто «проживала» на сцене. 

Перед спектаклями я обычно готовлюсь, час хожу, настраиваюсь, проигрываю всё заранее, а здесь я наоборот максимально всё отпускала и перед выходом на сцену думала: «Да как пойдёт, да как скажу, так и скажу». Хотя, когда появились зрители, то были мысли: «Хочу выйти на сцену и всех поразить!». Но потом я понимала, что это плохая мысль, ведь она настраивает на желание понравиться, а это желание ведёт к боязни ошибок, и ты начинаешь следовать более безопасными шагами. А когда ты рискуешь, импровизируешь, то это интересно, хотя этому тоже надо учиться. И вот когда ты не думаешь об этом результате, то честнее получается.

КИНО ИЛИ ТЕАТР?

Кинотеатр! Мне, как актрисе и как зрителю, нравится и то, и другое! Я думаю, должны существовать оба этих явления. Есть актёры, которые работают только в кино или только в театре, а мне интересно и там, и там. Понимаю, что большая часть людей ходит в кино, ведь это воспринимается как развлечение, а театр — другое… Театр — это живая энергия, люди! Но главное, что в двух этих местах идёт колоссальная работа. Как актрисе, мне интересны оба этих во многом разных процесса, хочется успевать везде.

ПЕРВЫЙ АКТЁРСКИЙ ОПЫТ В КИНО, РОЛИ И ПЕРСОНАЖ МЕЧТЫ

В тринадцать лет меня пригласила в свой курсовой фильм студентка ВГИКа. Это была история о девочке-подростке, мечтающей повзрослеть. На юбилей бабушки вся семья уехала на дачу, а она притворилась больной и осталась одна. И вот она впервые пробует взрослую жизнь: просит незнакомого парня их купить вино и сигареты. Ей надоела семейная рутина, захотелось отделиться и почувствовать себя взрослой. Она наряжается, что-то придумывает дома… Но потом, увидев старую фотографию, она начинает думать о семье. Услышав сирену скорой помощи, она вдруг осознаёт, что с бабушкой что-то могло случиться, и охваченная тревогой, бросает всё и мчится на дачу. Там, к счастью, всё в порядке: все живы и рады её видеть.

В этом проекте ещё снимались моя мама и бабушка. Был интересный опыт, мы все вместе ездили на ту дачу, где проходили съёмки. Это была дача одной девочки из съёмочной группы, и её папа приготовил нам вкуснейший плов в казане. В общем, это был мой первый опыт, но результат я так и не увидела. Зато после этого у меня был первый опыт озвучки. Именно тогда я узнала, как выглядит студия, как всё происходит.

— Давай поговорим о твоих осознанно взрослых ролях. Что тебе запомнилось больше всего из того, что ты играла?

Каждая роль была уникальна, со своими особенностями, сложностями и интересными моментами. Не знаю, в каждой из них я с чем-то боролась и чему-то училась. «Немодельное агентство» — классная платформенная история с известными актерами. Но это был опыт, после которого я сильно переживала, что не умею вести себя на съемочной площадке, в плане социальном, сложно быть в беззаботном диалоге с людьми. К тому же, я была там самой младшей и снималась всего 5 смен, в то время как остальные работали вместе почти месяц. Из-за этого я чувствовала себя немного не в своей тарелке, и мне было грустно.

Многосерийный фильм «23 августа» — моя первая главная роль. На этом проекте было гораздо лучше, потому что чувствовала себя частью команды. Но есть одна странность, с которой я сталкиваюсь почти на каждой съёмке — необходимость подтверждать свою компетентность. Хотя, возможно, это только у меня в голове. Тем не менее, в двух проектах у меня возникала похожая ситуация с операторами: на съёмочных днях, когда ещё не успели наладить контакт, я ощущала недоверие. Казалось, что они сомневаются в моей сообразительности и начинают как бы объяснять всё за моей спиной, словно маленькой девочке: «Ей нужно всё разжевать, показать». Тогда во мне просыпался дух противоречия: я говорила себе: «Так, соберись!» — и делала всё безупречно. После этого я добивалась уважительного отношения. Не знаю, почему, но чаще всего в начале работы я сталкиваюсь с таким отношением.

Сериал «Принц на красном велосипеде». Там был интересный опыт с париками и линзами. Помню, в первый раз потратила около сорока минут, чтобы вставить хотя бы одну линзу! За время съёмок я привыкла это делать, хоть было иногда и неудобно. До того момента я играла только положительных девушек, а там моя героиня оказалась настоящей злодейкой. В этом тоже был свой прикол. И эти парики придали мне совершенно новый облик. Когда смотрела на себя, думала: «Ого, интересно! Никогда бы не подумала, что это будет выглядеть именно так».

Помню один забавный случай с тех съёмок. Я приезжала на съёмки и сразу шла на грим, поэтому мало кто видел меня настоящую. С некоторыми из ребят мы уже виделись, а с другими без грима нет. В один из дней моя смена закончилась раньше, и я пошла прощаться с ребятами. Подхожу к одному парню из съемочной группы, прощаюсь, а он смотрит на меня, как будто не понимает, кто я… И вдруг выдаёт: «Подожди, так это ты, Лиза? Ты что, вот так выглядишь?». Я смеюсь: «Ну да, привет! Будем знакомы!». Кстати, мы оба согласились, что с натуральным цветом мне гораздо лучше.

Потом был сериал «Доктор Краснов», куда меня утвердили на второй сезон. В первом сезоне эту героиню играла другая актриса, но потом она не смогла участвовать. Я переживала, как меня воспримут на площадке, ведь я заменила другую актрису. Как это воспримут зрители, я пока не знаю, но на площадке все было ок. Команда оказалась очень клевой, я быстро влилась и находила «конект» почти со всеми. Правда, тут столкнулась с тем, что мои предложения могут быть не всегда услышаны и приняты вообще к рассмотрению. За это я тоже благодарна, потому что училась больше слушать, воспринимать чужие предложения, а не только «пробивать» своё. После первых съёмочных дней я помню, как сильно переживала и плакала. Мне казалось, что всё идёт наперекосяк, что у меня ничего не получается, нет конекта с режиссёром, и вообще всё ужасно.

Я люблю проявлять инициативу и считать себя правой, но здесь поняла, что нужен другой подход, нужно умерить гордыню. Но зато я точно поняла, что очень не нравится, когда меня называют на площадке просто «девочка»: «переставляемся на девочку», «сколько (времени нужно) по девочке». Лучше по имени, или имени персонажа, или любому другому прозвище, но не безликой.

— А у тебя есть роль мечты? Может хочется сыграть определённого персонажа?

Есть один персонаж, которого я мечтаю сыграть, — не то чтобы герой моей мечты, а скорее роль, которой еще не было в моей карьере. Забавно, что фильм с этим персонажем уже снят, и я даже пробовалась на эту роль. Мне безумно понравились и сама героиня, и сценарий, и режиссёр! Но, к сожалению, меня не утвердили. Это фильм «Чистый лист», режиссёр — Полина Кондратьева. 

Я всё еще не видела эту работу, хотя очень жду возможности. Кажется, он доступен лишь на закрытых показах. Помню, как узнала о их победе на «Короче» (российский фестиваль дебютного кино) и записала агенту голосовое сообщение: безумно рада за ребят, но обидно, что это случилось без меня. 

Наверное, сейчас мне просто очень хочется стильно выглядеть в кадре. До этого мне везде предлагали играть либо подростков, либо «девочек-девочек». Мне же всегда хотелось чего-то жесткого, в стиле 90-х. Тёмные тона, грубые фактуры, особая атмосфера… Героиня с характером, но в процессе истории она учится открываться людям, находит в себе новые, более мягкие качества. Как-то на пробах для другого проекта спросили даже о роли мечты, и я вдруг поняла, что описываю именно эту девушку из того сценария. Хотелось сыграть такой контраст. Надеть кожанку, курить, чтобы меня коротко подстригли! Главное, чтобы это была не «девочка-припевочка», а жесткая и сильная личность. 

ПЛАНЫ НА БУДУЩЕЕ

На ближайшие полгода у меня всё расписано — и это радует! Надеюсь, работы станет ещё больше. В театре планы чёткие: помимо премьеры «Защита Лужина», впереди ещё две крупные роли, а может, и третья появится. С кино: сейчас завершился один проект, полный метр, скоро запустится ещё один. Плюс, конечно, пробы — вдруг ещё что-то появится! В общем, сейчас у меня по-настоящему рабочий период, чему я несказанно рада. Для меня самое важное сейчас — профессиональный рост, карьера. Безусловно, я люблю свою семью и друзей, но, к сожалению, видимся мы теперь гораздо реже. Даже летний отпуск, который мы всегда проводили вместе, приходится пропускать. Но это, если честно, даже как-то вдохновляет!

«Чувствуешь, что страшно, но очень хочется — иди и делай!»